ads

Slider[Style1]

Style2

Style3[OneLeft]

Style3[OneRight]

Style4

Style5

HOME THEATER

О первой женщине-сыщике и эволюции детективного жанра - Literary Hub.

slider chch.com
22 августа 1856 года частный детектив Алан Пинкертон поднял голову и увидел стоящую в дверях его чикагского офиса женщину. Она представилась как Кейт Уорн и заявила, что ей нужна работа. Однако она не искала работу секретаря, как сначала подумал Пинкертон. Нет, она хотела стать детективом.

Хотя до этого момента ни одна женщина никогда не занималась сыском, Пинкертон согласился её выслушать. Уорн рассказала, что она вдова, и потому испытывает большую нужду в деньгах. Она появилась в агентстве Пинкертона, когда ей было около двадцати трех лет. Уорн развеяла сомнения Пинкертона, сказав, что она «может пойти и выведать секреты во многих местах, куда детективам-мужчинам проникнуть невозможно».

Он описал её как стройную девушку с каштановыми волосами, «грациозную и сдержанную в движениях», с «широким честным лицом», которое внушало доверие. Она впечатлила его своим интеллектом и знанием законов улиц, поэтому он решил рискнуть. О своем решении он ни разу не пожалел. Уорн смогла предложить ему то, что было не под силу агентам-мужчинам – возможность завоевать доверие других женщин. Работая под началом Пинкертона, она стала первой в Америке женщиной-детективом и одной из лучших его ищеек.

В целом о Уорн известно довольно мало, за исключением того, что она присоединилась к Национальному детективному агентству Пинкертона в переломный момент. К тому времени, всего за несколько лет занятия этим бизнесом, Пинкертон сумел пробудить в американцах желание нанимать его для расследования сложных дел и писать о нём детективные романы.

Он и сам радовал публику историями о своих авантюрах, пробуждая общественный интерес к приключениям, загадкам и рациональному решению любой проблемы. В отличие от большинства авторов криминальной прозы, Пинкертон был настоящим детективом с реальным жизненным опытом. Он упорно трудился, чтобы создать правильный образ своего агентства и превратить частный сыск в серьезную профессию. Благодаря ему все его агенты, такие как Уорн, стали признанными «глазами» страны.

Хотя многие книги так или иначе рассказывают о преступлениях, настоящая детективная история основывается на уникальной фигуре сыщика, а также на описании процесса расследования и раскрытия преступления, как правило, убийства. Сыщики всегда брались за дела по различным причинам, однако в ранней детективной прозе не существовало мотива личного удовлетворения от реализации способностей незаурядного ума или использования профессионального опыта. Образы, которые мы наблюдаем в готической литературе, обычно основываются на личных мотивах вовлеченности в конкретное дело. Осуществляемый такими героями сыск имеет характер единоразового занятия. В стране, очарованной возможностями френологии, психологии и физиогномики, факт использования профессиональным детективом научных рассуждений при ответе на стоящие перед ним вопросы превращал его (а детективом обычно был мужчина) в новую и совершенно неотразимую фигуру.

картинка Count_in_Law 
Считается, что это единственная сохранившаяся фотография Кейт Уорн. Первая женщина-сыщик на ней стоит за спиной у Пинкертона (сидящего бородатого мужчины)

Автором первой по-настоящему детективной истории на английском языке принято считать Эдгара Аллана По. Его рассказ 1841 года под названием Убийство на улице Морг представил публике французского детектива Огюста Дюпена, решающего загадку трупа, найденного в запертой комнате. Эксцентричный джентльмен без определенного рода занятий, ведущий преимущественно ночной образ жизни, Дюпен помогает полиции расследовать преступления исключительно ради собственного удовольствия. Именно поэтому ему не интересны рядовые грабежи и мелкие преступления, его привлекают только странные и сложные случаи, которые позволяют ему продемонстрировать высокий уровень интеллекта и мастерски выстроить непростые логические рассуждения. Как и в случае с большинством последующих вымышленных сыщиков, Дюпен расправляется с преступлениями при помощи мозга, а не мускулов.

Второй рассказ Эдгара По о Дюпене, Тайна Мари Роже , был основан на реальных фактах – нераскрытом убийстве Мэри Сесилии Роджерс в Нью-Йорке. Когда По предлагал свой текст для публикации редактору «Boston Notion», он написал, что набросал рассказ «в той же манере, что и любой литературный роман. Я представлял себе ряд почти точных совпадений [с делом Роджерс, но] имеющих место в Париже». Вместо того чтобы шнырять по улицам в поисках зацепок, Дюпен, не выходя из собственного дома, анализирует газетные публикации. Затем он предлагает разгадку преступления, и это становится первым случаем использования в литературе «диванной дедукции» (armchair detection; термин, означающий проведение частным детективом расследования прямо из дома, когда сам он даже не посещает место преступления и не говорит со свидетелями – прим. перев.).

Последнюю историю о Дюпене, Украденное письмо , часто называют лучшим из трех рассказов Эдгара По о Дюпене, поскольку описанное в ней расследование похищения компрометирующего письма из комнаты неизвестной женщины основано исключительно на логике и доводах разума. Преступник здесь известен с самого начала (это нечистый на руку министр Д.), поэтому акцент в расследовании смещается на поиск письма в его комнате, что так и не удалось сделать полиции. Дюпен, конечно, находит письмо, а разгадка дела доказывает, что самое неочевидное решение порой может оказаться единственно верным.

Хотя в наши дни эти рассказы считаются важной литературной вехой, во времена По истории о Дюпене почти не привлекли к себе внимания. Некоторые критики ставили под сомнение мастерство Дюпена в разгадывании вымышленных преступлений, сочиненных писателем. По и сам понимал ограниченность формы. Именно поэтому для создания второго дела Дюпена он обратился к реальной истории убийства Мэри Роджерс. По не считал себя автором, пишущим детективную прозу. «Детектив» тогда еще был новым словом и совершенно новым для литературы понятием, так что не удивительно, что По больше заботился о создании сюжетной линии, характерной для романтического саспенса, доведенного до совершенства полувеком ранее писательницей Анной Радклиф.

Хотя По и считается создателем первого вымышленного сыщика, его Дюпен не сумел стать героем, вызвавшим в людях желание ему подражать. Зато им стал Шерлок Холмс, появившийся почти на полвека позже.

картинка Count_in_Law 
В советской экранизации рассказа "Похищенное письмо" Дюпена сыграл Сергей Юрский (1982)

Дюпен был не единственным детективом, дебютировавшим в литературе в 1841 году. В том же году вышла книга Катерины Кро «Приключения Сьюзан Хопли, или Косвенные улики» (Catherine Crowe «Adventures of Susan Hopley; or, Circumstantial Evidence»), которая привлекла к себе гораздо больше внимания, чем цикл рассказов Эдгара По. «Сьюзан Хопли» стал первым романом Кро и сначала был опубликован анонимно. То, что его написала женщина, читатели узнали гораздо позже.

Хитроумно закрученный сюжет романа рассказывает о том, как горничная по имени Сьюзан пытается одновременно разрешить две загадки – таинственное исчезновение своего брата Эндрю и убийство своего опекуна мистера Вентворта. Поначалу кажется, что Эндрю убил Вентворта ради денег, однако Сьюзан, как заправский сыщик, берется найти и оправдать брата: «Самым искренним желанием Сьюзан… было отправиться в дом, где произошли эти ужасные события, и самой осмотреть каждый его уголок». Сьюзан видит сон, объясняющий, что произошло с обоими мужчинами, и проводит остаток книги в сборе доказательств для подтверждения открывшейся ей во сне теории. С самого начала ей везет, и она обнаруживает кое-какие улики на земле под окном Эндрю. Однако потом наниматель увольняет её за связь с подозреваемым в убийстве, и ей приходится собирать доказательства в процессе смены работы. В поисках убийцы участвуют и другие доморощенные детективы, включая клерка из фирмы Вентворта и семейного адвоката. В конце концов, Эндрю находят убитым, а Сьюзан оправдывают после того, как раскрывают настоящих злодеев.

Книга «Сьюзан Хопли» стала бестселлером и сразу же была адаптирована для театральной сцены Джорджем Дибдином Питтом. Впервые постановка была показана в Лондоне в мае 1841 года и прошла с большим успехом. Потом пьеса много гастролировала в составе репертуара театральной компании Генри Най Чарта. Компания даже хотела взять на работу писательницу Мэри Брэддон, чтобы та продолжала писать для них нечто похожее и, возможно, сама сыграла бы Хопли.

Хотя Кро как автор намного опередила свое время, в наши дни про её героиню почти совсем забыли. Литературная репутация Кро ухудшилась после публикации в 1848 году «Темной стороны природы» (The Night Side of Nature) – двухтомного сборника историй о привидениях, замешанных на спиритизме, френологии и прочих спекуляциях на сверхъестественном. Для Кро эти темы были не новы: она вышла из интеллектуальных и литературных кругов Эдинбурга, где была известна разнообразием интересов и эксцентричностью. На ужине, который доктор Джеймс Янг Симпсон (позже он изобретет хлоформ) давал в честь визита писателя Ганса Христиана Андерсена, Кро вместе с другим гостем пила эфир. Этим вечером Андерсен записал в своем дневнике: «У меня было ощущение, что я нахожусь в комнате с двумя сумасшедшими, они постоянно смеялись, а их широко открытые глаза выглядели абсолютно мертвыми». Интерес Кро к призракам и спиритизму достиг своей кульминации во время странного происшествия в Эдинбурге несколькими годами позже. Многие тогда подумали, что она сошла с ума, в том числе Чарльз Диккенс, который в 1854 году написал другу о том, как много он слышит вокруг сплетен о её психическом расстройстве: «Миссис Кро совершенно сошла с ума – причем, голышом – во время спиритического сеанса. На следующий день её нашли на улице, где она прикрывала собственное целомудрие только носовым платком и визитной карточкой. Оказывается, духи сказали ей, что если она выйдет на улицу в таком виде, то станет невидимой. Сейчас она находится в сумасшедшем доме и, боюсь, безнадежно невменяема». Кро оправилась от своей болезни, но писала потом очень мало. Её новаторский женский детектив был забыт.

картинка Count_in_Law 
Андерсен не только сочинял сказки, но и писал друзьям письма о знакомых писателях

Впрочем, человеком, который донес идею сыска до широкой публики, стал не вымышленный детектив, а самый настоящий – частный сыщик Пинкертон, тот самый, что нанял на работу первую женщину-следователя. Пинкертон родился в Шотландии в 1819 году и успел поработать бондарем (мастерил деревянные бочки) до тех пор, пока его политическая активность не вынудила будущего детектива в 1842 году бежать в Северную Америку. В Чикаго он открыл собственную бондарню, однако вскоре помог местному шерифу поймать банду фальшивомонетчиков, скрывавшихся неподалеку от того места, где он заготавливал древесину для своих бочек. Так он впервые занялся детективной деятельностью. Выдающиеся сыскные способности Пинкертона обратили на него внимание Департамента полиции Чикаго, и те наняли его в качестве своего первого штатного детектива. В большинстве департаментов полиции обязанности детектива возлагались на патрульных, но эта работа не считалась самостоятельной функцией и не требовала специальной подготовки. Однако первый сыщик вскоре испытал на себе всё то политическое давление, с каким сталкивались все отделения полиции. Пинкертон быстро понял, что мог бы заработать куда больше денег, если бы не зависел от политических штормов и работал на себя, так что в 1850 году он покинул Департамент полиции и открыл Национальное детективное агентство Пинкертона. В девятнадцатом веке частные сыскные агентства заполняли собой бреши в работе примитивных полицейских отделов города. Большинство департаментов полиции клали все силы на то, чтобы обеспечить порядок в пределах городской черты, оставляя окраины города и сельскую местность вообще без присмотра. После того как в 1860-х годах полиция заменила собой городской ночной дозор, многие предприятия стали нанимать по контракту частные агентства, чтобы те взяли на себя обязанности ночного сторожа. Частные детективы также не были скованы теми политическими и юрисдикционными ограничениями, которые существовали для городской полиции, они легко могли иметь дело и с международными преступлениями, и со сложными, комплексными расследованиями. Всё это создавало плодотворную почву для работы частных сыщиков, подобных Пинкертону.

Деятельность Пинкертона состояла в основном в защите железнодорожных и курьерских компаний от всякого рода мошенничеств и махинаций, которые часто совершались собственными сотрудниками компании. Его агенты стирали границы между шпионажем и детективной работой, поскольку они сами следили за подозреваемыми и под прикрытием собирали информацию. В 1856 году Пинкертон вошел в историю, наняв Кейт Уорн в качестве первой женщины-сыщика. В конечном итоге это повлекло за собой создание под её руководством целого бюро оперативников женского пола.

Уорн, как она и обещала при найме на работу, легко добывала информацию у жен подозреваемых в растрате и нарушении правил безопасности. В начале своей карьеры Уорн поручили помочь с делом «Adams Express Company», железнодорожной компании, лишившейся сорока тысяч долларов, что составляло в те дни огромную сумму. Пинкертон считал, что деньги украл человек по имени Натан Маруни, управляющий филиалом компании в городе Монтгомери, штат Алабама. Уорн подружилась с женой Маруни, и та в конце концов вывела Уорн к деньгам, зарытым в подвале. Работа Уорн позволила предъявить Маруни обвинение. Пинкертон позже написал об участии Уорн в этом деле: «Она получила моральное удовлетворение и гордилась, узнав, что все почести дня достались женщине».

Однако Уорн нравилась далеко не всем. Злопыхатели, как и члены семей Уорн и Пинкертона, обвиняли их в тайном романе. Эти двое часто работали под прикрытием, разыгрывая мужа и жену. В последующем сын Пинкертона Роберт пытался помешать агентству нанимать новых женщин. Пинкертон, впрочем, отказался уступить ему в этом вопросе, настаивая, что «женщин нужно использовать в расследовании преступлений, где они могут быть полезны и даже необходимы».

В 1861 году Уорн приняла участие в организации срыва покушения на президента Авраама Линкольна. Пинкертон получил информацию о заговоре с целью убийства нового президента в момент, когда тот будет проезжать через Балтимор на пути в Вашингтон, округ Колумбия, где должен вступить в должность. Уорн, переодетая южанкой, проникла в круг общения конфедератов, чтобы собрать побольше информации о тайном плане. Её работа подтвердила подозрения, и Уорн помогла разработать и осуществить схему безопасной доставки Линкольна в Вашингтон. Президента замаскировали под несуществующего брата-инвалида Уорн и переправили в столицу ночным поездом из Филадельфии. В Вашингтон он прибыл целым и невредимым.

картинка Count_in_Law 
На фото (слева направо): Алан Пинкертон, Авраам Линкольн и генерал Джон МакКлернанд во время битвы при Энтитеме. 1862 г.

Гражданская война предоставила новые возможности для детективной работы. В военное время государству нужно было не только развивать промышленность, но и пресекать любые попытки мошенничеств, хищений и коррупции. Обещанное вознаграждение в сотни долларов провоцировало появление дезертиров, которые сначала записывались в армию, получали свои деньги, а потом сбегали и снова записывались в армию, уже в другом месте. Вокруг военных лагерей процветали пьянство, азартные игры, воровство и проституция. Куча работы для таких детективов, как Пинкертон.

Во время войны Пинкертон также участвовал в разведывательной деятельности при для Потомакской армии под командованием генерала Джорджа Макклеллана. Пинкертон следил за подозреваемыми в шпионаже, собирал информацию в тылу у конфедератов и выводил на чистую воду фирмы, пытающиеся обдурить федеральное правительство. Уорн и во время войны работала на Пинкертона в качестве полевого агента. Она, в частности, помогла уничтожить шпионские связи в Вашингтоне, округ Колумбия, втершись в доверие к сочувствующей конфедератам Роуз О'Нил Гринхоу и переписывая её шифрованные депеши для южан, куда она добавляла большое количество бесполезной или ложной информации. Гринхоу впоследствии так отзывалась о Уорн в своих мемуарах: «Мне стыдно, что женщина могла пасть так низко, её работу можно сравнить с проституткой. Как обычно бывает с женщинами подобного рода занятий, она была прилично одета, чтобы впечатлить меня своей респектабельностью».

Записи Пинкертона о военном времени весьма отрывисты, однако из них мы знаем, что он потерял работу, когда Макклеллана освободили от должности. Впрочем, и то, что он успел сделать к тому времени, смогло вызвать к нему большой интерес со стороны общественности и помогло многим принять частный сыск в качестве самостоятельной профессии.

После войны агентство Пинкертона не раз появлялось на первых полосах газет, помогая в поимке банды Далтонов, Фрэнка и Джесси Джеймсов, а также Буча Кэссиди и его «Дикой банды». Кроме того, агентство составило Галерею негодяев – первую полную картотеку американских преступников с газетными вырезками и фотографиями.

Уорн продолжала работать с агентством, но в 1867 году тяжело заболела. Пинкертон не отходил от неё, пока она в следующем году не умерла. Ей было всего тридцать пять лет. Сплетни о природе их отношений были подогреты тем, что Уорн похоронили на семейном участке Пинкертона на кладбище Грейсленд в Чикаго, прямо рядом с местом, приготовленным для самого Пинкертона.

Женщины продолжали работать в агентстве Пинкертона до самой его смерти в 1884 году, а потом его сыновьям наконец удалось избавиться от женщин-детективов.

картинка Count_in_Law 
Эмблемой агентства Пинкертона стал открытый глаз, а девизом слова: «Мы никогда не спим»

Пошатнувшееся здоровье Пинкертона и его забота об улучшении общественного восприятия детективной деятельности привели к тому, что на склоне лет он начал писать книги (или, по крайней мере, наблюдать за тем, как их пишут другие) о своей замечательно интересной жизни сыщика. Пинкертон был талантливым рассказчиком и толковым бизнесменом, и он, конечно, понимал возможность извлечения прибыли из растущего общественного интереса к историям о преступлениях. Начиная с 1874 года и до конца жизни, Пинкертон опубликовал шестнадцать книг. Методы работы и навязчивая реклама его агентства настолько укоренились в массовом сознании, что в 1870-е годы он провозгласил, что его имя «превратилось в своего рода синоним детектива». Его первая книга «Курьер и детектив» сочетала в себе детали реальных дел и вымышленные драмы и персонажей. Она мгновенно стала успешной, продавшись тиражом в пятнадцать тысяч экземпляров за первые шестьдесят дней. План большинства своих историй Пинкертон надиктовывал стенографисткам, которые, в свою очередь, передавали эти заметки профессиональным писателям-«призракам». Та же система потом использовалась в двадцатом веке при создании серий о Нэнси Дрю и братьях Харди.

Пинкертон, конечно, хотел подзаработать денег, но он также надеялся, что его истории смогут поспособствовать повышению престижа работы сыщика. «Моя профессия, отношение к которой ухудшалось из-за всяких беспринципных авантюристов, докатилась до того, что слово «детектив» стало синонимом жулика, хотя мы всегда честно вели свои дела и заботились о сохранении главных человеческих ценностей – жизни и имущества народа», – писал он. Детективная деятельность, как утверждал Пинкертон, была бизнесом со своими собственными стандартами и кодексом поведения. Честность и моральные устои он ценил в собственных агентах выше любого опыта или навыков, поэтому его агенты происходили из самых разных слоев общества. Некоторые агенты работали на Пинкертона, готовясь к будущей карьере в полиции, другие становились агентами на время, до того как найдут другую работу. Одним из таких «временных» агентов был знаменитый автор «крутых» детективов Дэшил Хэммет.

Несмотря на утверждения о том, что он ненавидит детективную прозу, потому что писатели обесценивают профессию сыщика «акцентом на театральность и загадочные подвиги», работа Пинкертона и широкое освещение в прессе самых громких его дел сильно повлияли на произведения авторов детективных романов. Самому Пинкертону не хватало литературного таланта Брэддон или Эдгара По, но его аудитории было достаточно и этого. Многим читателям произведения мастеров жанра казались слишком сложными для эскапистского чтения, к которому они стремились. Пинкертон же привязывал собственные приключенческие истории к здравому смыслу и стремился демистифицировать сыск, описывая самую обычную беготню, которая на самом деле необходима для раскрытия любого дела. Его истории быстро стали одними из самых читаемых детективов Америки. Популярность книг Пинкертона и всей детективной прозы способствовала росту грамотности населения и распространению дешевых романов и журналов. В начале девятнадцатого века романы были слишком дорогими, чтобы ими могли насладиться люди, не относящиеся к высшему свету. Но к 1830-м годам изобретение парового роторного пресса привело к тому, что можно было печатать и более дешевые материалы, которые к тому же могли распространяться дальше и быстрее посредством растущей сети железных дорог. Большая часть детективных и мистических произведений поначалу публиковалась частями в популярных журналах и газетах. В дополнение к этому расширению круга возможного чтения, в ту эпоху популярность обрела навязчивая идея самосовершенствования, так что чтение стало еще и элементом процесса развития личности.

Массовый интерес к криминальным историям был также связан с социальной напряженностью, вызванной работой самой полиции. Столкновения между полицейскими, которые, как правило, происходили из низших слоев населения, и высшим светом, особенно солидными дамами, приводили ко многим проблемам этического плана, как в художественной литературе, так и в жизни. Как офицеру следует обращаться к леди? Какие вопросы допустимы во время допроса? Многим представителям американского среднего класса не нравилось, что полиция имеет право вторгаться в частную жизнь их дома. Дом должен был быть безопасным убежищем от тлетворного влияния внешнего мира, каковое, безусловно, представляли собой и одетые в униформу полицейские. Американцы хотели, чтобы подозреваемых задерживали, а преступления раскрывались, однако они также хотели сохранить неприкосновенность своего жилища от любого публичного вторжения, которое символизировал собой офицер полиции. В детективных романах девятнадцатого века снова и снова всплывал вопрос этики подслушивания у дверей, копания в чужих вещах и слежки за подозреваемыми. Детективы оправдывали свои действия высокими целями защиты граждан от преступности.
***Статья представляет собой извлечение из книги Эрики Яник «Пистолеты и юбки: 175 лет существования женщин-детективов в реальности и литературе», Beacon Press, 2016 год (PISTOLS AND PETTICOATS: 175 YEARS OF LADY DETECTIVES IN FACT AND FICTION)

Автор статьи: Эрика Яник (Erika Janik)
Перевод: Count_in_Law 
Совместный проект Клуба Лингвопанд и редакции ЛЛ

Posted by Канадская служба новостей(КСН)

About Valery Rubin

This is a short description in the author block about the author. You edit it by entering text in the "Biographical Info" field in the user admin panel.
«
Next
Следующее
»
Previous
Предыдущее

Top